Социальные науки и детство

Введение

В современном обществе институт семьи трансформируется под влиянием нестабильности экономической и политической обстановки (Бурина, Кудинова, 2020), что влияет на подходы к воспитанию. Семья по-прежнему играет основную роль в формировании и развитии когнитивных, эмоциональных и поведенческих аспектов ребенка (Быкова и др., 2020; Zimmerman, 2023), однако все больше семей испытывают трудности в воспитании детей.

Воспитание требует определенных компетенций (Коваленко, 2015; Хан, 2025; Wang et al., 2024), которыми не все обладают (Zimmer‑Gembeck et al., 2022). Рождение ребенка значительно повышает нагрузку, особенно на матерей: недосыпание, гормональная перестройка и трансформация семейной системы. Ежедневно приходится принимать решения, касающиеся здоровья, потребностей и безопасности ребенка (Зайцева, Егорова, 2024; Шералиева, 2024). При этом появление детей актуализирует собственный детский опыт взрослых (Филиппова, Абдуллина, 2016; Racine, Premji, 2025), что может затруднять формирование здоровых отношений в семье. Эмоциональное состояние детей влияет на их развитие (Иванова, Шаповаленко, 2023; Мухамедрахимов, 2003). Эмоциональное благополучие ребенка связано с качеством переживаний, устойчивостью к стрессу, эмоциональным интеллектом (Гарифулина, Телицына, 2024; Холодова, 2020). Психологические подходы раскрывают роль детско‑родительских отношений: психоаналитический подчеркивает важность связи ребенка с матерью, бихевиоральный — социализацию, гуманистический — значимость эмпатии. В отечественной психологии сделан акцент на двустороннем влиянии ребенка и семьи.

Таким образом, эмоциональное благополучие ребенка зависит от эмоционального состояния матери, качества детско‑родительских отношений и способности семьи создавать поддерживающую среду.

Цель нашего исследования — изучить эмоциональное состояние детей в связи с эмоциональным состоянием и родительскими компетенциями их матерей. Мы выдвинули две гипотезы: существует взаимосвязь между эмоциональным состоянием детей, эмоциональным состоянием и родительскими компетенциями их матерей; после прохождения программы «Азбука счастливой семьи» эмоциональное состояние детей, их матерей и родительские компетенции изменятся (Еселевич, 2025).

Материалы и методы

Исследование было проведено на базе АНО «Азбука семьи» среди участников родительских групп в первые три недели посещения (первый срез данных) и по окончании программы «Азбука счастливой семьи» (второй срез данных). В исследовании участвовали 47 матерей и 68 детей из 11 регионов Российской Федерации (36 мальчиков — 53 %). Возрастные группы: дети 4—6 лет: средний возраст детей — 5,3 ± 0,8 лет; средний возраст матерей — 36,8 ± 3,2 лет; дети 7—12 лет: средний возраст детей — 10,0 ± 1,6 лет; средний возраст матерей — 39,2 ± 4,2 лет; дети 13—17 лет: средний возраст детей — 15,6 ± 1,3 лет; средний возраст матерей — 41,9 ± 5,7 лет. Среди матерей 69% состоят в зарегистрированном браке; а 31% более 10 лет в браке; в 59% семей двое детей; 28% матерей занимаются только домом и детьми, остальные работают; 94% детей посещают образовательные учреждения.

Эмоциональное состояние детей в трех возрастных группах оценивалось с помощью следующих методик: «Паровозик» С.В. Велиевой (для всех групп), теста тревожности Р. Тэммпл, М. Дорки и В. Амен «Выбери нужное лицо» (4—6 лет), детского варианта шкалы явной тревожности CMAS в адаптации А.М. Прихожан (7—12 лет) и шкалы личностной тревожности А.М. Прихожан (13—17 лет).

Для диагностики эмоционального состояния матерей применялся опросник Т. Ахенбаха Achenbach System of Empirically Based Assessment, версия Adult Self‑Report для взрослых 19—59 лет, переведенный и адаптированный на русский язык Е.Р. Слободской.

Для изучения родительских компетенций использовались метод незаконченных ситуаций Н.Д. Михеевой, выявляющий способы решения родителями проблемных воспитательных ситуаций, и опросник детско‑родительского эмоционального взаимодействия Е.И. Захаровой.

Также была создана авторская анкета, которая включала в себя как вопросы социально-демографического характера, так и субъективные оценки матерей уровня стресса по различным поводам, эмоционального и физического состояния и удовлетворенности отношениями по 100-балльной шкале.

Участники школ родителей по программе «Азбука счастливой семьи» добровольно присоединялись к исследованию после ознакомления с проектом, подписывали информированное согласие и заполняли электронные формы опросников для родителей и о ребенке. Диагностика детей проводилась психологами во время совместных с родителями встреч.

Методы. В ходе исследования был проведен корреляционный анализ (критерий Пирсона) связей между эмоциональным состоянием детей и матерей, их родительскими компетенциями, а также другими параметрами (социально‑эмоциональными и демографическими характеристиками). Выявление множества значимых связей послужило основанием для факторного анализа. Математическая обработка данных проводилась с использованием программы SPSS.

Результаты

Методика «Паровозик» С.В. Велиевой позволяет определить особенности эмоционального состояния ребенка, то есть степени позитивного (далее — ППС) и негативного (далее — НПС) психического состояния. Эмоциональное состояние матерей исследовалось с помощью следующих шкал ASEBA: шкалы адаптивного функционирования (позволяет проанализировать тему отношений с друзьями, партнером/супругом, в семье, в работе, в обучении); шкалы синдромов (оценивает такие показатели, как: тревожность/депрессивность, замкнутость, соматические жалобы, проблемы мышления, проблемы внимания, агрессивное поведение и поведение, связанное с нарушением правил, назойливость) и DSM-ориентированных шкал (не являются клиническим диагнозом, а скорее помогают выявить возможные проблемные сферы при быстрой, поверхностной диагностике: депрессивные расстройства, тревожные расстройства, соматические расстройства, расстройства, связанные с избеганием, и расстройства дефицита внимания и гиперактивности, антисоциальные расстройства личности). В корреляционный анализ были включены показатели субъективной оценки матерями уровня испытываемого стресса, удовлетворенности отношениями, эмоционального и физического состояния.

В группе детей 4—6 лет ППС ребенка отрицательно связано с тревожностью и депрессивностью матери (r = –0,525), а положительно — с ее адаптивностью в партнерских и рабочих отношениях (r = 0,661; r = 0,634), оценкой семейных отношений и взаимодействия с ребенком (r = 0,572; r = 0,542), а также с удовлетворенностью поддержкой супруга (r = 0,694) (рис. 1). Иными словами, чем выше у матери оценка семейных отношений и детско‑родительского взаимодействия, тем выше ППС ребенка.

В группе детей 7—12 лет ППС ребенка отрицательно связано с нарушением мышления у матери (r = –0,368) и положительно — с уровнем стресса матери, вызванного социально‑экономической обстановкой (r = 0,389), политической ситуацией в стране и мире (r = 0,333), состоянием здоровья близких (r = 0,334) и финансовой ситуацией в семье (r = 0,350) (рис. 2).

В группе детей 13—17 лет ППС ребенка отрицательно коррелирует с тревожностью/депрессивностью (r  = – 0,620), агрессивностью (r = –0,662), антисоциальным (r  = – 0,603) и депрессивным (r = –0,637) расстройством у матери, а положительно — с ее оценкой семейных отношений (r = 0,776) и адаптивностью в партнерских отношениях (r = 0,629) (рис. 3).

 

Рис. 1. Взаимосвязь показателя эмоционального состояния детей 4—6 лет
и показателей эмоционального состояния матерей: «*» — p < 0,05; «**» — p < 0,01

Fig. 1. The relationship between the emotional state of children aged 4—6 years
and the emotional state of mothers: «*» — p < 0,05; «**» — p < 0,01

Рис. 2. Взаимосвязь показателя эмоционального состояния детей 7—12 лет
и показателей эмоционального состояния матерей: «*» — p < 0,05

Fig. 2. The relationship between the emotional state of children aged 7—12 years
and the emotional state of mothers: «*» — p < 0,05

 

Рис. 3. Взаимосвязь показателя эмоционального состояния детей 13—17 лет
и показателей эмоционального состояния матерей: «*» — p < 0,05; «**» — p < 0,01

Fig. 3. The relationship between the emotional state of children aged 13—17 years
and the emotional state of mothers: «*» — p < 0,05; «**» — p < 0,01

Во всех возрастных группах был проведен факторный анализ с вращением. В группе детей 4—6 лет: выделено 9 факторов (96,2% дисперсии), 4 ключевых фактора объяснили 64,3% дисперсии (веса > 0,6); в группе 7—12 лет: получено 16 факторов (93,0% дисперсии), 4 ключевых фактора охватили 50,3% дисперсии (веса > 0,6); в группе 13—17 лет: выявлено 5 факторов (99% дисперсии), 3 ключевых фактора описали 77,3% дисперсии (веса > 0,6). В каждой группе отдельные показатели с весами  < 0,6 были включены из‑за исследовательской ценности.

Результаты факторного анализа показали, что эмоциональное благополучие матери связано с эмоциональным состоянием ребенка во всех возрастных группах. Сформированные родительские компетенции коррелируют с более низким уровнем тревожности ребенка независимо от возраста. Мы выявили комплексную взаимосвязь трех параметров — эмоционального состояния детей, матерей и родительских компетенций. Хотя связь эмоционального состояния матери и ребенка широко изучена, наши данные демонстрируют особый паттерн: даже при неблагоприятном эмоциональном состоянии матери развитые родительские компетенции связаны с низкой тревожностью детей. Напротив, высокая тревожность детей наблюдается при низких показателях родительских компетенций.

В рамках второй части исследования была проанализирована динамика изменений у детей и их матерей до и после участия последних в программе «Азбука счастливой семьи».

Анализ изменения субъективной оценки матерей удовлетворенностью отношениями с ребенком, супругом, в семье, с собственными родителями, а также оценки физического и эмоционального состояния выявил статистически значимые различия (p < 0,05) по всем исследуемым показателям (рис. 4).

 

Рис. 4. Динамика субъективной оценки матери

Fig. 4. Dynamics of subjective evaluation by a mother

При изучении объективной динамики адаптации в семейных отношениях абсолютные показатели продемонстрировали рост во всех анализируемых сферах, статистически значимое изменение (p < 0,05) было выявлено только по общему показателю адаптации в семье (рис. 5).

 

Рис. 5. Динамика адаптации в отношениях

Fig. 5. Relationship adaptation dynamics

 

Рис. 6. Динамика показателей эмоционального состояния

Fig. 6. The dynamics of emotional state indicators

Анализ объективных показателей эмоционального состояния (рис. 6) матерей выявил статистически значимое снижение (p < 0,05) депрессивности, тревожности, агрессивности и замкнутости. Кроме того, зафиксировано значимое уменьшение (p < 0,05) соматических проблем, нарушений когнитивных функций (мышления и внимания), проявлений делинквентного и антисоциального поведения, а также признаков синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) (рис. 7).

 

Рис. 7. Динамика показателей дезадаптивного поведения

Fig. 7. Dynamics of maladaptive behavior indicators

 

В сфере детско-родительского взаимодействия статистически значимые улучшения (p < 0,05) были зафиксированы по 9 параметрам из 11: способность матери понимать состояние ребенка и оказывать эмоциональную поддержку, безусловное принятие, позитивный эмоциональный фон взаимодействия, ориентация на состояние ребенка, а также отношение матери к себе как к родителю и стремление к телесному контакту (табл.).

 

Таблица / Table

Динамика показателей детско-родительского эмоционального взаимодействия

Dynamics of indicators of child-parent emotional interaction

Шкалы детско-родительского эмоционального взаимодействия / Parent-child emotional interaction scales	В начале курса «Азбука счастливой семьи» / At the beginning of the course "ABCs of a Happy Family"	По окончании курса «Азбука счастливой семьи» / At the end of the course "ABCs of a Happy Family"	p
Понимание причин состояния / Understanding the causes of the condition	3,4	3,7	0,005
Чувства, возникающие у матери во взаимодействии с ребенком / The emotions a mother experiences in interaction with her child	3,8	4,2	< 0,001
Безусловное принятие / Unconditional positive regard	3,9	4,3	< 0,001
Отношение к себе как к родителю / Self-perception as a parent	3,4	3,9	< 0,001
Преобладающий эмоциональный фон взаимодействия / The dominant emotional state in the interaction	2,8	3,2	0,002
Стремление к телесному контакту / Need for physical contact	3,6	3,9	0,002
Оказание эмоциональной поддержки / Providing emotional support	3,7	3,9	0,015
Ориентация на состояние ребенка при построении взаимодействия / Guiding interaction based on the child’s emotional state	2,9	3,1	0,013
Умение воздействовать на состояние ребенка / The skill of affecting a child’s emotional state	3,0	3,3	0,017

 

Отдельно исследовалась динамика тревожности у детей в трех возрастных группах. У детей 7—12 и 13—17 лет зафиксировано статистически значимое снижение уровня тревожности (p < 0,05) (рис. 8). В группе 4—6 лет наблюдалось снижение абсолютных значений показателей НПС, однако математический анализ не выявил статистически значимых различий.

 

Рис. 8. Динамика показателей тревожности детей

Fig. 8. Dynamics of Children’s Anxiety Indicators

Обсуждение результатов

Результаты исследования подтвердили обе выдвинутые гипотезы: во‑первых, обнаружена взаимосвязь эмоционального состояния детей и их матерей; во‑вторых, после прохождения программы «Азбука счастливой семьи» зафиксированы изменения в эмоциональном состоянии детей и матерей, а также в уровне родительских компетенций (Еселевич, 2025).

В ходе исследования выявлено, что характер связи между эмоциональным состоянием детей и характеристиками их матерей варьируется в зависимости от возрастной группы. В группе 4—6 лет тревожность ребенка коррелирует с неспособностью матери устанавливать поведенческие границы; при этом низкая тревожность ребенка иногда сочетается с депрессией матери при высоких родительских компетенциях. В группе 7—12 лет состояние ребенка связано с нарушением мышления и стрессом родителя, у женщин с развитыми родительскими компетенциями (умеющие оценивать поступки, выражать эмоции, задавать границы) менее тревожные дети. В группе 13—17 лет тревожность подростка обратно связана с депрессивностью и агрессивностью матери, с использованием материальных стимулов (подарков) и неготовностью анализировать поведение.

Программа «Азбука счастливой семьи» продемонстрировала позитивную связь с семейным благополучием: улучшилось восприятие матерями семейных отношений, повысилась адаптация в семье, снизились негативные эмоциональные и поведенческие проявления у матерей, трансформировалось детско‑родительское взаимодействие и уменьшилась тревожность детей. Полученные данные могут служит основанием ее эффективности для улучшения эмоционального состояния как матерей, так и детей.

Заключение

Исследование изучало связь эмоционального состояния детей с психологическим благополучием и родительскими компетенциями матерей, а также динамику этих показателей до и после участия матерей в школах родителей по программе «Азбука счастливой семьи».

Результаты подтвердили наличие таких взаимосвязей и продемонстрировали их специфику в разных возрастных группах. Низкая тревожность детей связана с развитыми родительскими компетенциями, при этом эмоциональное состояние матери может быть как благополучным, так и неблагоприятным.

По итогам прохождения родителями программы «Азбука счастливой семьи» уменьшилась тревожность у детей школьного возраста, а у матерей снизились показатели тревожности, депрессивности, агрессивности и проявлений дезадаптивного поведения; изменились 9 из 11 показателей детско-родительского эмоционального взаимодействия, в том числе безусловное принятие ребенка, оказание эмоциональной поддержки, понимание причин состояния ребенка и отношение к себе как к родителю.

Выводы исследования подчеркивают важность учета эмоционального состояния и родительских компетенций матерей при работе с семьями, особенно в контексте возрастных особенностей детей. Полученные данные могут быть использованы для разработки целевых программ: психологической помощи семьям с учетом возрастных особенностей детей; сопровождения матерей, ориентированного на совершенствование их родительских компетенций.

Перспективные направления исследований могут включать регрессионный анализ для более глубокого понимания механизмов влияния эмоционального состояния и родительских компетенций на эмоциональное состояние детей.

Ограничения. Исследование ограничено выборкой матерей, пришедших на занятия в родительские группы. Однако его результаты позволяют глубже понять особенности этой категории и служат основой для корректировки или применения программ для родителей.

Limitations. The study is limited by a sample consisting of mothers who attended parenting groups. However, its findings provide deeper insights into the characteristics of this specific group and serve as a foundation for developing or using parenting programs.

Анна Павловна Еселевич

Социально-просветительский проект «Азбука семьи» (АНО «Азбука семьи»)

Автор, ответственный за переписку.
Email: eselevitch@yandex.ru
ORCID iD: 0009-0006-9048-3692
SPIN-код: 5702-1811

Россия психолог, научный сотрудник

Диана Владимировна Машкова

Социально-просветительский проект «Азбука семьи» (АНО «Азбука семьи»)

Email: diana@azbukasemi.ru
ORCID iD: 0000-0001-8727-4597

Россия кандидат филологических наук, старший научный сотрудник

Галина Анатольевна Оськина

Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ)

Email: galinaoskina007@gmail.com
ORCID iD: 0009-0001-2774-2050

Россия психолог, магистрант

Дополнительные файлы

Нет дополнительных файлов для отображения

Просмотры

Аннотация - 0

PDF (Russian) - 0

Ссылки

• Ссылки не определены.